Новости

11.07.2006 01:20
Рубрика: Спорт

Футболу нужны свои антиглобалисты

Иначе он окончательно потеряет национальные черты

Французская сборная после блестящей победы 1998 года так опозорилась на Азиатском чемпионате, где не смогла забить ни одного гола, так допекли ее крики с трибун "Перестарки!", что два года назад Зинедин Зидан, Лилиан Тюрам, Клод Макелеле решили оставить футбол. Всем уже изрядно за тридцать, пора и отдохнуть. Но оказалось, что без них стадионы наполовину опустели. Вся страна просила их вернуться назад. И вот они опять с мячом, рядом с молодыми игроками, в неожиданной для себя роли "полевых наставников". Дойти до финала, согласитесь, для "старичков", взявших золото восемь лет назад, - достижение очень высокое. И если бы не инцидент с Зиданом, неизвестно, как бы распорядилась судьба...

Под французским мотивом еще и целый исторический пласт. Чемпионат мира по футболу - это творение третьего президента ФИФА, француза Жюля Риме. Первый гол на уругвайском чемпионате в 1930-м, в матче сборных Франции и Мексики (4:1), забил нападающий Люсьен Лоран. Первый кубок, золотую статуэтку высотой 30 см и весом 4 кг, создал французский скульптор Абель Лафлер - после третьего триумфа Бразилии она там и осталась, пришлось создавать новую. По инициативе Франции был создан чемпионат Европы (Анри Делоннэ) и чемпионат европейских клубов (Габриэль Ано). При этом никогда не было у Франции, и ныне нет ни одного футбольного клуба, который мог бы сравниться с богатейшими клубами Англии, Италии, Испании, Германии. Поэтому она не покупает чужих игроков. У нее другая роль: футбольная кузница для всей Европе.

Нынешний чемпионат продемонстрировал такое преимущество футбольной Европы, что впору задаваться вопросом: откуда же берутся недюжинные силы?

При взгляде на французскую сборную даже иных французов берет оторопь: из 23 игроков, заявленных национальной федерацией оргкомитету чемпионата, чернокожих футболистов 13. Но они-то знают, что это не иностранцы. Семеро родились в самой метрополии, трое - в заморских департаментах Франции, еще трое попали в эту страну в детском возрасте и стали ее гражданами задолго до того, как вышли на футбольное поле.

Этим не исчерпывается ее интернациональная пестрота. Зинадин Зидан, потомок алжирских переселенцев, сам из Марселя. Для Давида Трезеге, наполовину аргентинца, родной город Руан. Викаш Доразу, этнический индомаврикиец, родился и вырос в Нормандии. Вот такая разноцветная сборная, как и сама Франция. Если взять ее послужной список, все начали играть у себя дома, только Трезеге - в Аргентине, на родине отца.

Вне сборной 11 спортсменов выступают за национальные футбольные клубы, 12 - за иностранные: английские, германские, испанские, итальянские. Выбор чужих клубов объясняется все той же причиной: они куда богаче французских.

Эта коллективная метрика французской команды совершенно под стать и самому чемпионату. На полях Германии сошлись 32 лучшие команды мира, 736 футболистов. Из них 392 (53 процента) играют за иностранные клубы. Много это или мало? По европейским меркам нормально, значит, нормально и для "глобального футбола". Но перед нами средняя цифра, скрывающая крайности, поэтому с выводом торопиться не стоит. Сначала о том, почему эти крайности возможны.

В декабре 1995 года Суд европейских сообществ принял решение по делу бельгийского футболиста, именем которого оно так и названо: "право Босмана". Принцип свободного передвижения рабочей силы в пределах ЕС, предусмотренный еще Римским договором 1957 года, с тех пор законодательно признан и за футбольной профессией. На следующий же год 15 тысяч футболистов и футболисток сменили клубы (ведь есть же клубы и женского футбола). Вслед за тем отменили "квоту национальности", согласно которой в одной футбольной команде могли играть не больше трех "иностранных рабочих". Что оставалось делать африканским и азиатским федерациям, для которых "право Босмана", конечно, не указ, но сразу пришлось по вкусу местным футбольным клубам? Только приспособиться. Да и не может никакой местный футбол захлопнуться в своей скорлупе, жить без контактов, обменов, отделов кадров и бухгалтерий. Ведь это еще и прибыльное дело.

И вот теперь о крайностях, к которым эта свобода привела футбол XXI века. В Бельгии есть клуб "Беверен", в составе которого играют только футболисты из Кот-д Ивуар. В немецкой бундеслиге и первой лиге Англии своих и иностранных футболистов поровну. На финальный матч за кубок Лиги чемпионов "Арсенал" выставил команду, в которой играли всего два британца. Сама ФИФА недавно отчиталась: десять лет назад ведущие европейские клубы, воспользовавшись "правом Босмана", наняли 894 иностранных футболистов, в прошлом году их было уже 1803. С высоты нашего времени история венгерского "Гонведа", бежавшего "из-под гусениц", выглядит совершенным абсурдом.

Все бы ничего, но футбол настолько потерял национальное лицо, что возникла уже прямая угроза чемпионатам по формуле ФИФА. К счастью, еще не мировым, еще не вершине айсберга. Отхожий футбол стал такой популярной специальностью Черного континента, что, например, Гана для своей сборной смогла подобрать на месте только трех футболистов, Того - ни одного, все на выезде, а сборную Кот-д Ивуар собирали в девяти разных странах.

Можно заранее предсказать, чем это закончится для новичков нынешнего чемпионата, - тем же, чем кончилось для рассеянных по свету команд Сенегала и Камеруна. Когда футбольная мобилизация проводится ради чемпионата мира, еще куда ни шло: это раз в четыре года, это повышает рейтинг футболиста, это в конце концов и клубу на пользу. Но какой-то там "Кубок африканских наций", да еще каждые два года! Когда страны Африки прислали запрос на 71 футболиста, играющего за клубы первой и второй лиги французского чемпионата, половина заявок была отклонена. Что же после этого удивляться внезапному исчезновению со спортивного горизонта блеснувших африканских команд?

Мы любуемся вершиной айсберга, а он, оказывается, опасно подтаивает снизу. Как остановить этот процесс? Варианты разные. Когда нападающий Ан Чжун Хван после Азиатского чемпионата вернулся в Перуджу, чтобы дальше играть за ее клуб, там его обвинили в "измене второй родине" и разорвали контракт. За то, что в матче 1/8 финала Южная Корея - Италия он забил второй гол (2:1) и "скуадра адзурра" поехала домой. Возмущенная такой неблагодарностью, Итальянская федерация футбола запретила профессиональным клубам нанимать "экстраевропейских футболистов" под предлогом, что они тоже могут оказаться такими же "предателями", но для футболистов из европейских стран оставила дверь открытой. Вот почему итальянский футбол такой "белый". Итак, одно из возможных решений - самим отказаться от услуг бродячих футболистов из дальних стран, где уже научились гонять мяч, но еще не научились любить "вторую родину". Шансов у такого решения проблемы мало, не случайно в Европе итальянский почин поддержки пока не нашел.

Намного перспективнее формула "6 + 5", которую усердно пропагандирует сам президент ФИФА Зепп Блаттер со ссылкой на ее большой успех в... России. Вот чудеса! Оказывается, это наши родные клубы уже целый сезон 2005-2006 гг. неукоснительно следуют принципу формирования команды из шести игроков, подготовленных в той стране, где находится клуб, и из пяти наемных, иностранных. Так вроде бы выглядит "полевой вариант" нашего замечательного опыта, а Европа на его основании собирается применить "клубный". Поскольку клуб - это примерно 25 игроков, УЕФА уже издала циркуляр: в предстоящем сезоне добиться пропорции "4 из 25", потом "6 из 25", "8 из 25" и т. д. Особенно подчеркивается, что "русская формула" может в известной степени заменить былые "квоты национальности", то есть вернуть футболу национальное лицо. Если все пойдет по такому плану, мы окажемся спасителями европейского футбола.

Но лично я не очень в это верю, зная, что решающую роль в успехах футбола всего Старого Света играет французская кузница. Да, готовые, уже сформировавшиеся, дорогостоящие футболисты могут сразу ехать в богатые клубы Европы, посредники им не нужны.

А вот африканские и арабские подростки стремятся именно во Францию, только во Францию. Пусть там богатых клубов нет, зато существует целая сеть "центров профессиональной подготовки". Прорываются тысячами. Отсев огромный, 99 из 100. Те, кто отобран для продолжения карьеры, это уже "футбольный товар", который хорошо продается в Европе.

Бизнес на футболе калечит тысячи судеб, чаще всего навсегда отрывает ребят от общеобразовательной школы, вот почему ФИФА вмешалась. В 2001 году она установила предельный возраст, с которого может начинаться такая профподготовка, - не раньше 16-17 лет. Ну что ж, подростков "старят" на несколько лет, иногда даже меняют им имена и фамилии, и если такой футболист состоится, то однажды произойдет чудо: в критическом для футбола возрасте он вдруг скинет пару-тройку лет. И это тоже имеет свою товарную цену.

А все дело в легендах, которые создает та же французская кузница: будто бы каждый мальчишка может стать Зинедином Зиданом. В этих легендах какая-то часть правды есть: большинство футболистов сборной Франции действительно прошли через ее кузницу. Но дальновиднее поступил голландский клуб "Аякс", открыв свой центр футбольной подготовки в самой Африке.

Спорт Футбол Игроки и тренеры Спорт Футбол Чемпионат мира